Я – это муравейник. Один большой муравейник, утянутый кожей. Проткнешь кожу — и оттуда хлынут рыжие муравьи. Хлынут на волю, понесут свои яйца, палочки, дохлых стрекоз и прочую дребедень, с которой они всегда носятся. А пока они у меня внутри: от этого мне второй день невыносимо жарко – как будто кровь кипит. Особенно стопы и ладони. Я могу вытаптывать вафли и выжигать клеймо в форме своей линии жизни. Я не больна. И не скажу, что этот жар мне противен. Наверно, я просто ем слишком много черного перца: сыплю его во все, что ем и пью.

Да, эта девушка из рассказа Кортасара: у нее тоже кто-то роился под кожей. Это было родовым проклятием. В конце она то ли умерла, то ли превратилась в кошку.
- Собака, как думаешь, если бы я была животным, то – каким?
- Скунсом, наверно.
- Ах, какой чудный хасьям!
- А ты думала, что я скажу что-нибудь про пуму или пантеру?!
Лежу, смотрю в потолок, оттуда на меня смотрят рыжая мунду, красная мунду, кача в желто-розовых разводах от масла, зеленая мунду, снова кача в акварельных подтеках, и еще кача, и еще…
- Не знаю, сейчас все очень так меняются. Ты скоростная, быстро двигаешься. Двигаешься-двигаешься, а потом впадаешь в какой-то нереальный рапид. И переводишь так же: переводишь-переводишь – а потом раз и ступор. Возможно, ты просто еще ищешь свою скорость.
…
Из сегодняшней игры на горе:
- Зачем все время так мучительно выдумывать фитюльки и потом так же мучительно думать, что с ними делать? Зачем тебе фитюльки? Брось их!
- Ты тоже любишь фитюльки.
- Нет, не люблю.
- Нет, любишь.
- Нет
- Да
- Нет
- Да
…
- Ты лысый, а я кудрявая. Ну, хочешь, я подарю тебе свои волосы. И станешь ты кудрявым. Немного глупым и наивным, иногда тебе будет грустно, но в целом очень интересно жить. Хочешь?
- Хочу.
- Я рада.

{1 мая 2009, Гора Панчали, Керала, Индия}